Люди – тени наркотического Лондона

В Британии до 200 000 тяжелых наркоманов. Их встречаешь по ночам на околицах в районах типа Брикстона в Лондоне. Мы с друзьями приехали на эту околицу. Вошли в кафе. С банками пива следуем в зал к дощатому столу, за которым потягивали пиво два здоровяка с колечками в ушах. Знакомимся. Бородатый Дел из Ямайки, Суджи – из Нигерии. Полчаса после мы уже шутили по поводу всяких глупостей, я как бы неумышленно спрашиваю, можно ли здесь "достать что-либо". Мои знакомые шепчутся на непонятном языке, следуют к приятелям к соседним столикам. Возвращаются, как ни в чем не бывало, и называют цены: героин – 70 ф. (за грамм), кокаин – 60, марихуана (пакетик) – 25, пилюля экстазе – 10-15. Я хотел на этом остановиться, но Дел требует сказать, что я отдаю преимуществу, и мне не остается ничего другого, как назвать марихуану. Он подходит к телефону, который висел на стене, и после короткого разговора возвращается:– Мой друг подъедет через пару минут.– Это вы ожидаете меня? – Спросил нас небольшого роста африканец, когда мы с коллегой вышли из бара.– Возможно, – отвечаю.– Идите за мной. Мы, как загипнотизированные, садимся в чужую машину и катим по ночной улице. Мне было заслужено – очутиться ночью в Брикстоне, в чужой машине, ехать в неизвестном направлении за наркотиками, которые меня интересовали только как инструмент знакомства. Хорошо, если он переодет полицейский и сдаст нас в участок. А если из криминального мира?Машина прижимается к обочине. Кирпичные дома в два-три этажа, на балконах сушится белье.– На какую сумму? – Спрашивает водитель. Я даю 10 фунтов, и он прячется. К машине подбегают мальчишки, предлагают газеты, напитки, рисованные майки. Это кусочек Африки в Лондоне. Возвращается наш водитель, протягивает пакетик с марихуаной. Мы едем в обратную сторону. В дороге разговорились. Он из Нигерии, 38 лет, женатый, четверо детей, работает якобы "таксистом", а в действительности мелкий уличный наркодилер. Прощаясь, он предлагает попробовать крек, распространенный в Брикстоне. Мы отказываемся. Мне очень хотелось вырваться из сырой брикстонской темноты и взлететь к сверкающим звездам Лас-Вегаса, но не на таком транспорте. Водитель скоро понял, что даром теряет время и вместе со своей машиной исчез в ночи.Я приехал в Скотленд-ярд на встречу с шефским инспектором Дезом Стоутом. За его плечами шесть лет войны с наркобизнесом в Большом Лондоне. Дез, оказывается, в свое время патрулировал улице Брикстона и хорошо знает район.– Вам повезло, – сказал Дез Стоут, услышав о моем приключении. – Финал мог быть грустнее. Очень прошу, если захочется опять нырнуть на дно, делайте это при негласном сопровождении наших людей. В Брикстоне обстановка начала заостряться с начала 90-х гг., Когда в подворотнях и в общественных местах вошел в моду крек, возбуждающий агрессивность. С ним пришло в район то, что у нас называют беззаконием. Опьяневших наркотиками людей ничего не останавливало.– Наркомания непобедима, мы можем способствовать разве что снижению вреда, – говорит Дез Стоут. Снижение вреда – суть британской антинаркотической стратегии, близкой к политике Нидерландов. Полиция выступила одним из разработчиков национальной программы, которая предусматривает гибкую политику предания суду при приоритетном внимании лечебным подходам. По новой концепции, торговец наркотиками, что сам не их употребляет, должен отбывать наказание в тюрьме. Но если он тоже питает к ним слабость, преимущественно, чтобы в этом случае им занялись медики. За хранение и распространение героина, кокаина, амфетаминов, ЛСД и так далее дилеру угрожает тюремный вывод до 7 годов. Одно время здесь был отмечен спад интереса к героину, но не успели британцы испытать гордость за свою антинаркотическую политику, как с конца 90-х годов спрос на героин начал расти, особенно в провинциальных городках Старой Англии. Сегодня в стране на учете 200 000 потребителей героина. В ночных клубах и среди молодых англичанок, любителей снизить аппетит и сохранить фигуру, опять в моде "пилюли бодрости" – амфетамин. Каждую неделю англичане потребляют 1 000 000 пилюль экстазе, иногда в смеси из ЛСД. На многолюдных тусовках торговцы нередко сбывают внешне похожие на экстазе пилюли кустарно приготовленных дурманных веществ. Не из одной массовой пирушки уже выносили труппы отравились.– Дез, – спросил я, – когда англичане покончат с наркотиками? Через 50, через 100 лет? Дез не покачал головои:– Никогда. Все, что мы можем делать, – это управлять проблемой, не терять над ней контроль и бороться с преступностью. А наркотики будут вечно.

Полный текст книги Ж. Назаралиева "Лиши и прости" вы найдете на официальном сайте