Беседа Михаеля Лайтмана с Владимиром Жириновским

Один - ученый, другой - политик. Абсолютно разные люди, они говорят на одну тему: как найти решение проблем мирового кризиса? - И находят общий язык.

М. Лайтман: Я очень рад нашей встрече и хотел бы поговорить о, естественно, наибольшей проблеме, которая сегодня есть в мире, - о кризисе. Как Вы считаете, в какой плоскости может быть его решение? Выйдет ли что-либо от встречи Двадцатки? И если нет, то каким образом все-таки мы сможем как приблизиться до того, чтобы его решить?

Ст. Жириновский: В экономике подобные кризисы были постоянно, поскольку всегда любителях поторговывать, проводить продукцию больше, чем потребности общества. Это как на дискотеку, если без билета пускать. Вот давка у нас была на Урале - пустили, кто хочет. Рыночный вариант: давай, кто хочет! Сразу задавили три девочек. А если регламентировать - только тех, у кого деньги и билеты - моральный кризис, не все могут принимать участие. Поэтому люди выбирают все-таки больше свободы, но здесь больше черточки.

Обычно, здесь есть конкретный виновник - это огромное количество лишних денег. Их в десять раз больше, чем сама экономика. И естественно, выигрывает только США, поскольку это их деньги. Поэтому само лучшее решение кризиса и безопасность на будущее - это договориться о нейтральной валюте.

Вот язык международный пока не вышел - взяли живой язык. В основном это английский, к сожалению. Но о валюте-то можно договориться? Есть Международный валютный фонд и Всемирный банк. Хоть бы даже евро. Почему евро не сделать мировой валютой? А теперь американцы выиграли. Но и им тоже несладко, поскольку из кризиса выходить очень трудно.

Все предыдущие периоды был допинг. Можно было прорваться на рынок Китая, это сделали 30 лет тому назад. Потом на рынок Восточной Европи, когда Советский Союз перестал существовать. В настоящий момент нет свободного рынка, потому это самый тяжелый кризис с точки зрения выхода. Расширятся никуда. Поэтому начинают закрываться заводы. Но просто остановка производства - это огромное количество безработных, значит, это революция.

Пока история знала два выходы: война и диктатура. Ну, диктатуру американке, возможно, не очень любят. Значит война. Война где? Пакистан, Индия, Афганистан, в целом Ближний Восток весь - вот это вот варианты. В Африке что-то такое может быть. Болезнь Сомали может распространиться еще на несколько стран Африки. То есть сакцентировать внимание на внешние угрозы, дать стимул для работы американскому ВПК, может, и российский ВПК тоже примкнет. И это плохо очень.

Мы обманываем все человечество. Мы подтверждаем гипотезу, что людей очень много, а продовольствия имело, потому нужны способы уменьшения количества людей. И тяжелее всего, конечно, будет в Африке. Поэтому, к сожалению, кризис этот не имеет выхода в формате экономических мэров.

Скорее всего, определенные круги подтолкнут к каким-то военным операциям или к установлению диктатуры в каких-то странах. Вот та же Украина. Ющенко или потеряет власть, или ее сохранит путем диктатуры. Это кризис в отдельно взятой стране, где больше всего проблем будут - там не хватает энергоносителей.

И обычно, главный виновник здесь - США и в целом - анархические формы бизнеса, когда на первом месте выгода. С точки зрения экономики так и должно быть. Мы должны заниматься той экономикой, где есть прибыль. Если мы рубль вкладываем, дайте нам хоть бы рубль пять назад. Но тогда нужны какие-то регуляторы. А регуляторы - национальные пределы. Кто хочет себя ограничивать и работать в интересах соседа?

Бушевская демократия, или американская, не подходит всему человечеству. А они ее свертывать готовые - идут, но на их место придет исламизм. И все равно будет какой-то жупел всемирный, чтобы все боялись чего-то. Поэтому кризис - одновременный: и идеологический, и финансовый, и экономический, социальный, политический, этнический и, наконец, просто психологический. Люди все уже ненавидят друг друга, никто ни во что не верит. В спорте - допинг. Все финансы - в основном мошеннические схемы. И это трудно.

Нужно договариваться. Я думаю, в ближайшие десятилетия, возможно, к какому-то согласию придем. Вот Саркози обещает хлопнуть дверями. Наш президент тоже завтра не будет молчать. А американцы уже заявили: от доллара не откажутся. Значит, все будет продолжаться, как было, в их пользу. Игра в одни ворота. Сегодня фондовый рынок свалился, они дешево будут скупать все акции и выйти из кризиса, получив дополнительные рычаги управления экономикой мира, а мы с вами все проигрываем.

Но у России есть шанс. У нас есть допинг - дополнительные природные ресурсы: газ, нефть, металл, уголь. Но в основном выигрывает США, поскольку их доллар все еще гуляет по миру. Европа - поскольку она объединилась, у нее есть своя валюта - евро. Россия - потому что есть ресурсы. Вот три центра выигрывают. Ну, возможно, японцы - благодаря своему фанатизму.

А проигрывают: Восточная Европа, Африка, Китай, Индия, исламский мир. Поэтому они все будут разъярены. И Китай может начать войну, использовать в качестве повод нападение на Северную Корею со стороны Южной Кореи или Тайваня. Индия с Пакистаном могут схлестнуться. И в Африке свои проблемы постоянны.

То есть впереди, конечно, заострение обстановки: и международной, и между странами, и относительно каждого человека. Все чувствуют свою безвыходность, ничтожество, потому будет рост преступности по всей стране. Вот такая общая оценка.

М. Лайтман: Скажите, пожалуйста, мы первый раз столкнулись с тем, что кризис, - глобальный. Практически он задевает абсолютно весь мир. Мы, в целом, уже несколько десятилетий постепенно осознаем. Был Римский клуб и Вернадский, и много других ученых, мыслители, экономисты, даже политики, которые говорили о том, что сегодня мы живем в абсолютно замкнутом мире, в полной зависимости один от другого. И не может быть решение в какой-то отдельно взятой стране или даже блоке стран - решение должно быть абсолютное глобальным.

Мы поднялись к такому уровню эгоизма, который схлестнул нас, замкнул просто в какую-то систему. Состоялось какое-то замыкание между всеми нами. И мы вдруг очутились абсолютно замкнутые в единственной интегральной системе. И в такой системе существуют свои законы: каждый зависит от всех, и каждый влияет на всех - взаимное поручительство, взаимное обязательство. То есть мы не имеем здесь никакую свободу воли думать каждый о себе. Мы обязаны поневоле увидеть, что это закон сегодняшний природы, мы в нем вдруг очутились.

В предыдущих кризисах мы могли быть индивидуалистами. А сегодня этого не выйдет, потому что мы вдруг очутились в глобальном мире. А в глобальном мире, исходя из поведения любой замкнутой интегральной системы, мы виноваты придти до того, что каждый элемент понимает свою ответственность, свою полную зависимость от других, и потому должны достичь гармонии поведения вместе все, иначе мы просто не выживем. Мы все равно будем дальше и дальше смыкаться, соединяться и все больше зависеть один от другого.

или Не считаете Вы, что единственный выход в таком состоянии - это просто объяснить людям, что мы находимся на осуществлено другом уровне природы. Вот эта глобальная зависимость - она просто обязывает всех нас учиться. Учиться этой общей зависимости, общему влиянию друг на друга, поведению в общей глобальной системе. Ст. Жириновский: Я согласен с Вами полностью. Говоря о возможных путях выхода: война и диктатуры, - я совсем не сторонник того, чтобы это было, потому что это тоже ни к чему не приведет. И американцы в этом убедились, начиная войну против Ирака. И сегодняшнее противостояние, допустимый, в Афганистане. Или если будет попытка силой заблокировать Сомали, то пираты появятся в другой африканской стране.

В этом смысле Вы абсолютно правы. Но договориться легче всего будет, наверно, на севере: США, Канада, вся Европа, Россия. Тяжелее - на юге, в которого избыток населения. И не хватает средств действия, чтобы объяснить всем африканцам, всем арабам, персам, китайцам, индусам. Потому что голодные люди все-таки будут стремиться к насилию.

Я сам сторонник того, что Вы сказали. На примере нашей страны я это вижу. У нас три миллиона очень богатых людей живут практически в бункере. Они боятся общения. Они понимают происхождение своих денег. Они все под охраной. У нас сегодня частные охранников больше, чем регулярной армии, потому что у всех богатых людей только одно стремление - проблема безопасности. Поэтому их большие деньги им пользу не принесли.

Потому я Вам просто благодарный. Мы должны эту разъяснительную работу вести, договариваться везде. И завтра в Лондоне они должны будут договориться. Сегодня этот общий страх перед общей катастрофой принуждает нас отказаться от какой-то доминирующей идеологии. Отказаться от элементов насилия, от силовой демократии, от любых видов идеологической расцветки - деления людей по цвету, по национальности, географическому фактору. Я согласен с Вами! Давайте к этому стремиться. И здесь на помощь нам должна прийти пресса.

Вот впервые я с Вами говорю, и я с Вами согласен. Нужно найти площадку, чтобы обязательно договариваться. Все зависит от Обами, от нашего президента и от руководителей европейских ведущих стран, таких как Германия, Франция, Британия, Италия. Вот они вшестером должны договориться. Они вшестером договорятся - эта договоренность пойдет дальше, на всю Европу, на всю Америку, на всю Азию. И все вместе как-то уговорим африканцев. Я с Вами согласен.

М. Лайтман: Скажите, пожалуйста, а почему мы не можем влиять на наши средства массовой информации, наших руководителей, на всю общественность, чтобы ввести вот это единственное глобальное образование? Дать людям понять, что они сегодня живут в другом мире, что они абсолютно зависимы один от другого, и от этого никуда не деться.

Не ожидая, пока политики начнут проворачивать это через свои бюрократические системы, просто преподавать в школе - как мы ребенка воспитываем и готовим ее 20 лет до того, чтобы он начал на этом свете нормально жить. Учим его потому, что значит - существовать на этом свете: работать, учиться. Учим его всему потому, что есть на этом свете.

Сегодня мы должны прибавить к этому образованию еще и это единственное как бы, наше глобальное состояние - полную зависимость один от другого. Учить людей, что сегодня ты не можешь сделать какой-то поступок без того, чтобы влиять на других плохо или хорошо. И все так друг на друга влияют.

Это было бы в соответствии с сегодняшним глобальным законом природы. Это поставило бы человечество, ну, по крайней мере, отдельно взятую страну или какую-то часть мира, в равновесие с природой.

<Ведь p> если глобализация, которая раскрылась сегодня, взаимная связь является законом человеческого общества, если человеческое общество поневоле в своем развитии пришло к такому состоянию, значит, выполняя данный закон природы, мы естественно ставим себя под действие позитивных сил. То есть глобальное образование пойдет в интересах и народу, и миру.

Я считаю, что сегодня как мы готовим маленького ребенка к жизни, так нужно готовить абсолютно всех людей в мире. Сегодня мир кругл.

SMM

Ст. Жириновский: Я согласен. Это проблема важнейшая -, чтобы это все было начато из первых шагов в школе. И я вспоминаю, в Швейцарии была такая организация - Школа как инструмент мира. Она выступала за то, чтобы во всех школах выкладывать одинаковые предметы, связанные с гуманитарными проблемами. У нас тогда еще был Советский Союз, и в нашем Министерстве образования к этому отнеслись с подозрением, считая, что это будет как бы гиблое влияние Запада.

Потом у меня были контакты, другой швейцарец - Макс Хабихт, он возглавлял организацию Федералисты мира. Тогда еще не было понятие глобализма, и он выходил с того, что мы, в